Поздравляем Дмитрия Сухочева с получением награды!

  Купола
 
        Купола  в вышине
                в серебре или  золоте.
         Кресты в облаках,
              как   распятие,   вдали.
        Купола, купола
                в Ярославле  иль в Вологде.
        Это — символ Руси,
                нашей русской земли!

         Купола, купола,
                вас громили и хаяли,
         Закрывали собор,   
                запрещали приход.
         Купола, по векам
                вас  нам деды оставили,
         Где с молитвой стоит
                православный народ.

          Купола, с высоты
                сколько люда вы видели:
          И хромых, и слепых,
                и больных, ходоков,
          Сколько лики святых
                поднебесной обители,
          Отвели от людей
                злодеяний, грехов...

           Купола, купола,
                обветшав  или в золоте,
           И в больших городах,
                и в далекой глуши.
           Колокольни звонят,
                в Ярославле иль Вологде,
           Нам сигналом с небес
                для спасенья души.

           Купола в вышине,
                в синеве неразгаданной,
           А под сводом — алтарь.
                Ангелочки парят.
           Купола на Руси
                со свечами и ладаном
           и с Иисусом  Христом
               наши души хранят!

 
Журавлиная песня
 
Холодает. Осень. Лес слегка раздетый,
И покров багряный закружил с ветвей.
Я услышал рядом, недалече где-то,
Крики пролетавших в небе журавлей.
 
Отозвалось сердце плачу камертоном:
Вы о чем кричите с плачем, журавли?
Не хватать вам будет неба за кордоном,
И березок белых, и родной земли.
 
Не хватать вам будет синевы безбрежной,
Голубых речушек, тишины полей.
В песне журавлиной грустновато-нежной
Суть моей России и души моей.
 
В ней с печалью святость, детства отголоски,
В ней упрек с надежной и разлука в ней.
Пролетает клином над лесной полоской
Вдаль куда-то с плачем стая журавлей.

 
     Русь
 
 
Синь рассветная, синь бескрайняя
Пролегла вдоль речушек, полей.
По ракитнику — птица ранняя,
На заре — трели льет соловей.
 
И над реченькой туман стелется.
Рыба плещется чуть вдалеке.
А в душе моей зорька светится
Светом алым, как солнце в реке.
 
Синь привольная, соловьиная,
Вдаль разносит напевы свои.
Милый край родной! Русь любимая!
Шепчут травы в лугах мне твои!
 
Ты и грустная, душой нежная,
С тихим плачем весенних берёз.
Русь селеньями и безбрежная,
И с церквами, с крестами, до слёз…
 
Непонятная. Мне так близкая
Ржаным полем, в ромашках луга.
Поклонюсь тебе низко-низко я
За твои, Русь, мои берега!

 
 
Зимние грёзы
 
Улетели давно далеко журавли,
Белым снегом зима мою осень укрыла.
И уснули в душе что-то грёзы мои,
Вместе с ними душа, загрустив, поостыла. 
 
Иней лёг на виски, и к зиме седина.
В поле злится метель, завывает и вьюга,
Ночью часто приходит ко мне лишь она,
Улетевшая вдаль с журавлями подруга... 
 
С нею в грёзах моих — нам поют соловьи,
И берёзки, шепча все зеленой листвою, —
На ветру, подвязавши косынки свои,
Хороводы ведут вдаль опушкой лесною.
 
Как наступит тепло — закричат журавли,
И с небес, с высоты, до меня долетая,
Крик разбудит уснувшие грёзы мои,
И надежды мои из снегов возвращая.
 
Лишь её никогда не вернуть журавлям,
Не вернуть и года, что прошли, пролетели,
Но весною всегда как-то радостно нам —
Слушать песни ручьев, перезвоны капели.
 
С упоением пьём мы берёзовый сок,
Плач берёз по весне — это радости слёзы.
А пока за окошком кружится снежок,
Заметая в душе моей зимние грёзы.
 
 
Падает снег
 
Тихо, задумчиво падает снег на обочину,
Первый снежок за ушедшим осенним теплом.
Мысли мои приоткрыли на чувствах проточину,
Плывут по душе прохладным в груди ручейком.
 
Всё в этой жизни идёт на кругах, изменяется:
Лето проходит, а осень сменяет зима.
Кто-то уходит, а кто-то впервые влюбляется —
Так в этом мире природа колдует сама.
 
Жизнь, наша жизнь — лишь мгновение тайное вечности.
И никому не дано бег его притушить.
Годы летят, не хватает добра, человечности.
Все мы спешим, все торопимся время прожить.
 
Воюем в веках, обычно безумно, с жестокостью,
От зависти черной и самосуды, и зло.
Не чувствуя Бога, порою ходим над пропастью,
Просим у Бога, чтоб нам в этой жизни везло.
 
За окном снегопад. Слышу березок шептание,
Оно дорого мне в скрипах морозных ночей.
Наша жизнь на земле — миг в красоте мироздания.
Пусть этот миг будет ярче и будет светлей!
 
 
Зимние картинки
 
 
Ясно. Полдень. Снег в узорах,
Хруст мороза на ветвях,
Стайки птичек на заборах,
Воробьи гурьбой в сенях.
 
А рябина в шапке алой,
Разместившись под окном,
Вместе с ивою усталой
Задремала чутким сном.
 
Лес в торжественном убранстве,
Воронье пятном в полях.
В бело-вытканном пространстве
Раскатился старый шлях.
 
Слышен громкий крик возницы,
Топот ног, скрипит крыльцо…
Иней, белые ресницы.
Разрумянилось лицо.
 
Вижу четко, словно явью,
Края милого черты.
Не убавлю, не прибавлю
Зимним краскам красоты!

 
У родника
 
 
Я растрачивал жизнь на дела и порой без оглядки,
Все по жизни бежал, не смотрел на оставленный след.
Обернулся назад — лишь осколки в пути да остатки.
И душа на замке, от потерь остывая, от бед.
 
Брошу все я дела, отложив и проблемы, заботы,
И к речушке своей убегу от всего, в тишину.
Упаду там в траву, на лужку, где родник у болота,
И усну на часок, головою к ромашкам прильну.
 
Ощущая во сне, как земные приходят мне токи:
Колокольчиков звон я услышу и всплески воды...
Из ключа ручейком — он из детства, мои здесь истоки, —
Чуть журча, уплывет тихо горечь минувшей беды.
 
Уплывет из души, и быть может, совсем ненадолго,
Эта горечь потерь, чтоб потом возвратиться опять...
Из кустов прокричит одинокая вдруг перепелка.
Ручеек загрустит и продолжит мне что-то журчать.
 
И привидится мне образ женщины, в сердце живущей,
И мерцанье огней от костра на речном берегу.
Где с печалью своей, мою душу терзая, гнетущей,
Я к костру много лет в снах своих безнадежно бегу.
 
И проснусь в тишине... Красотою вокруг опьянённый!
В небо синее взор из травы высоко устремлю —
Надо мною парит чибис, в крике своем удивленный,
Он не знает ещё — эту землю я тоже люблю!
 
 
И кузнечик ко мне, словно к старому другу, запрыгнет.
Муравей проползет, продолжая по мне долгий путь.
Ветерок, поиграв, васильки чуть качая, затихнет,
И пчела прожужжит надо мной не сердито, чуть-чуть. 
 
И почувствую я — родным краем я здесь исцеленный!..
На душе так легко!.. Родниковой умоюсь водой.
И послышится мне: звон из церкви плывет колокольный...
Где крестили меня, где молюсь у иконы святой...
 
Незаметно вот так заря выйдет в лучах к небосводу.
Солнце мягко в лицо улыбнется загадочно чуть.
Заалеет закат — этот знак ведь всегда на погоду —
Я с надеждой на жизнь продолжаю свой избранный путь...

 
Русские березы
 
Как прекрасны русские березы
В зелени белеющих стволов,
Как они весной роняют слезы,
Оживая после зимних снов.
 
На опушках рощ, лесов гурьбою
Стройные красавицы стоят,
Тихо шелестят между собою...
На Руси березу люди чтят.
 
Плакал у берез Сергей Есенин,
Слушал шум берез в слезах Рубцов —
Это все идет из поколений,
Вместе с Русью дедов и отцов.
 
Помню, как берег отец березку,
Ту, что посадил межою дед.
И напившись, батя, пьяным в «доску»,
Плакал, что срубил её сосед.
 
Я скажу, наверное, не броско,
Пусть меня Великие простят,
Мы грустим — задумалась березка,
Веселимся — листья шелестят.
 
Для меня все это в жизни свято —
Русь. Березки. Кони на лугу...
Про Россию с ширью необъятной
По-другому спеть я не смогу!

По Руси
 
Босиком по Руси не пойду,
Как Есенин писал, мол, бродягой.
Летним вечером в тихом пруду
Отыщу старый мостик с корягой.
 
Брошу удочку близ камышей,
Поплавок с зорькой алой сольется,
И подкормка моя карасей,
Может быть, мне уловом вернется.
 
Так не много, с десяток, чуть-чуть,
Хоть на ушицу набрать котелок,
Чтоб потом у костра отдохнуть
И с моей Русью побыть вечерок.
 
Утром встать, босиком по росе
Побродить средь березок в лесочке.
Надышаться, и в этой красе
Мне нахлынут и мысли, и строчки. 
 
На бугре, за затихшим прудом —
Хуторок, три невзрачные хаты,
Громко слышались в доме одном
Крики пьяных, скандалы и маты. 
 
Сетью кто-то в пруду колдовал,
А в лесу и топор дровосека
Мне рыбачить зарею мешал,
След оставив в лесу человека.
 
Это Русь моя, волей богов,
В красоте, простоте, да и в пьянстве...
И пастух с скудным стадом коров
Средь березок в зеленом убранстве.
 
И селенье вдали, за лужком,
И церквушка с погостом, оградой.
По траве я иду босиком —
Побродить по Руси очень надо!

 
На березках осень
 
На березках осень! Лист желтеет,
На рябине гроздья все в огне.
Осень подошла и краски веет
По лесочкам. В звонкой тишине.
 
Кистью своей тонко прикоснулась
К кронам и ракит, и тополей.
Бабье лето нежно улыбнулось
Отголоском в небе журавлей.
 
И с теплом, которого все ждали,
И с прохладой, свежестью утра.
Лишь цветы стоят в своей печали
В красоте осеннего костра.
 
Дым костра дурманит, опьяняя,
В рощицу, к березонькам маня,
Где, листву задумчиво роняя,
Грусть свою наводят на меня.
 
На березках осень, снова осень.
На рябину льется алый цвет.
Осень! Мы тебя сегодня просим —
Ты дари нам лучезарный свет!

 
Осень у порога

У порога лето оглянулось,
Обронив: "Я все же задержусь".
Облакам и солнцу улыбнулось,
Осени слегка навеяв грусть.

Ведь сентябрь стоит уже за дверью,
Он же солнцу тоже давний друг.
Ну, а лето, по его поверью,
Возвратиться бабьим летом вдруг.

А пока сегодня оно дома,
Дарит всем погожие деньки.
В поле лишь грустит одна солома,
Да жнивье застыло от тоски.

А в лесу царит и днем прохлада.
Травы на лугах все зелены.
Лето, ты души моей отрада.
Ты спроси об этом у весны!